About the Post

Author Information

Кто такие масоны и почему их боялись больше царя?

190 лет назад, 14 августа (по старому стилю) 1822 г., произошло одно бессмысленное на первый взгляд.
Император Всероссийский Александр I своим рескриптом на имя управляющего Министерст­вом внутренних дел повелел запретить деятельность всех тайных обществ на территории России.
Бессмысленным оно кажется потому, что с таким же успехом можно было высочайшим указом отменить, скажем, грозу, наводнение или снег. Потому что под расплывчатое и безграмотное определение «любого тайного общества» подпадает, например, стандартная бандитская шайка, запрещать которую без толку. Но Александр метил не в мир криминала. Его заботили люди, о которых в те времена говорили с неподдельным страхом, а в наши – всё больше с насмешкой. Конкретно – масоны.

Все – в ложе!

Между прочим, те, кто насмехается над людьми, которые в любой проблеме ищут заговор тайных обществ, демонст­рируют невысокий уровень интеллекта. Хотя бы потому, что классиче­ским тайным обществом является любая мафия и отрицать её влияние и на повседневную жизнь, и на ход истории – признак откровенной глупости.

Двести лет назад никому не было смешно. В тот период масоны действительно управляли если не всем миром, то уж Российской империей – точно. Причём управляли не исподволь, а напрямую.

Вот ближайшие приближённые царя, составлявшие так называемый Негласный комитет, который в «дней Александровых прекрасное начало» прин­имал важные и принципиальные решения: Адам Чарторыйский, министр иностранных дел, член ложи «Великий Восток Польши»; Виктор Кочубей, министр внутренних дел, член «Ложи Минервы»; Николай Новосильцев, президент Академии наук, товарищ министра юстиции, член ложи «Соединённые друзья».

Комитет этот управлял империей довольно лихо – многие историки свято уверены в том, что именно ему Россия обязана сползанием в целую череду наполеонов­ских войн, завершившихся тяжёлой и опустошительной Отечественной войной 1812 г. Это лишь скорые последствия масонского стиля управления. Кое-что аукнулось несколько позже. Например, завиральные прекраснодушные инициативы самого Александра, который, кстати, тоже состоял в масонской ложе. Император настолько увлёкся идеями «всеобщего блага», что в одном из меморандумов, которые читались русскому народу по всем православным (!) храмам, прямо велел: «Почитать себя, пруссаков и австрийцев людьми одной веры и подданными одного царя – Христа». Слов нет – очень высоко и благородно. Однако расхлёбывать предательство и свинство этих «братьев-единоверцев» пришлось уже не ему, а его преемникам.

А кое-что расхлёбывать приходится даже сейчас. Каждый, кто сталкивался с идиотскими проявлениями политкорректности, когда негра приходится называть афроамериканцем, а дурака – представителем интеллектуального большинст­ва, должен благодарить за это именно масонов. В том числе и ложу «Соединённые друзья», члены которой ставили своей целью «стереть между человеками отличия рас, сословий, верований, уничтожить национальные и умственные различия».

Царь долгое время и сам был масоном, чему свидетельством эта медаль, выпущенная в России в 1813 г. в честь победы над Наполеоном. На ней вместо профиля императора – масонский знак «Всевидящее Око».

Масонская мафия

Благо император, напуганный размахом и влиятельно­стью масонов, довольно скоро одумался. Не последнюю роль в этом сыграли и докладные записки сенатора Егора Кушелева, который, сам будучи масоном, ужасался положению дел: «В настоящее время ложи наполнены людьми по большей части презренными, можно сказать, совершеннейшей сволочью!»

Запугано масонами было и остальное общество. Так, писатель Сергей Аксаков, автор «Детских годов Багрова-внука» и «Аленького цветочка», оставил любопытные воспоминания. Масоны из ложи «Умирающий Сфинкс» попросили его достать архив своего товарища, покончившего с собой. По тогдашним законам все бумаги самоубийцы подлежали конфискации. И Аксаков попросту сочинил «редкую рукопись», наполнив её отъявленной белибердой. Масоны были от рукописи в восторге, но Аксаков имел неосторожность рассказать об этом своему приятелю. Реакция была неожиданной. «Ты никому не сказывал? Нет? Сохрани тебя Бог, если проболтаешься! Коли масоны узнают твой обман – ты пропал!»

Короче говоря, император внезапно понял, что подданные боятся и уважают масонов чуть ли не больше, чем его самого. Вопрос стоял остро: кто будет управлять империей – царь или масоны? Порвав с масонст­вом, он и издал тот самый рескрипт, согласно которому каждый госчиновник, состоявший к тому времени в ложе, должен сделать то же, что и сам император, – прекратить членство. Заподозренные в нечестности изгонялись с государственной службы.

Надо сказать, что Александр чуть не опоздал. Заговор дейст­вительно готовился, чему свидетельством – восстание декабристов, почти все из которых были масонами. Остальное же население империи вздохнуло спокойно – страшная «мафия» была повержена, оставив в народном сознании только обидное словечко «фармазон» (искажённое «франкмасон»), обозначавшее опасного жулика. Забавно, что в парках Царского Села, где располагался отдел по делам масонов, на несколько послереволюционных лет нашли пристанище те самые фармазоны, что по ночам грабили и убивали прохожих.

Tags: , , ,

No comments yet.

Leave a Reply

You must be logged in to post a comment.

Loading..